День памяти жертв политических репрессий и голода отмечается ежегодно 31 мая в Казахстане. Дата учреждена в память о страшных годах, когда погибли и отбыли многолетние сроки в лагерях тысячи осужденных, многие – безвинно. Не обошла эта участь и жителей и уроженцев Кустанайской области.

Увы, и такие трагические события мы не можем обойти стороной в рамках нашей рубрики, посвященной юбилею региона. Ведь это тоже история, пусть неприятная, но в том ее предназначение, чтобы из нее извлекать уроки будущим поколениям.

Как известно, репрессии затронули миллионы советских граждан. За годы репрессий в лагеря Казахстана было сослано более 5 млн человек. В период с 1920 по 1953 год только в Казахстане было осуждено более 100 тысяч человек, к 25 тысячам была применена высшая мера наказания – расстрел.

Кроме того, в результате коллективизации и перевода казахов-кочевников на оседлый образ жизни, в период массового голода 1932–1933 годов в Казахстане погибло более полутора миллионов человек. Свыше 600 тысяч казахов покинули пределы страны.

«Тургайское дело»

История репрессий в Кустанайской области связана прежде всего с известными именами деятелей движения «Алаш-Орда», некоторые из них были уроженцами нашего края.

Репрессии в отношении деятелей Алаш начались в 1926 году. Это так называемое «Тургайское дело». Бывшие лидеры и деятели Алаш-Орды, такие как Ахмет Байтурсынов, Миржакып Дулатов и Мухтар Ауэзов приняли активное участие в борьбе с голодом 1921–1922 годов. Поэт и писатель Миржакып Дулатов за лето объездил в качестве одного из руководителей и агитаторов несколько уездов, тогда собрали около 15 тысяч голов крупного рогатого скота. Интеллигенция организовала сбор, переброску и раздачу скота для голодающих Тургая. Через четыре года эту благотворительную акцию раздули в «Тургайское дело», по которому был «привлечен ряд видных деятелей Алаш-Орды», обвиненных «за растрату и присвоение скота, пожертвованного населением Семипалатинской губернии».

В 1928 году были арестованы 44 «буржуазных националиста», среди которых Ахмет Байтурсынов, Миржакып Дулатов, Магжан Жумабаев, Жусупбек Аймаутов, Халел Габбасов и другие. В сентябре 1930 года арестовали Мухамеджана Тынышпаева, Халела Досмухамедова, Жакыпа Акбаева и других лиц. Часть из них были сосланы на территорию России в Центрально-Черноземную область. Почти всех ­репрессировали в 1937-1938 годах.

Среди жертв репрессий также Турар Рыскулов, Ныгмет Нурмаков, Султанбек Ходжанов, Узакбай Кулумбетов, Ураз Джандосов, Абильхаир Досов, Смагул Садвакасов, Темирбек Жургенов, Алихан Букейханов, Сакен Сейфуллин, Ильяс Джансугуров, Беимбет Майлин, Кудайберген Жубанов, Санджар Асфендияров.

По данным историков, всего в 1937–1938 годы в советском Казахстане были осуждены 118 тысяч человек. Из них 25 тысяч были расстреляны. Среди осужденных были лидеры национальной оппозиции страны, которые выступали против советской политики. По мнению специалистов, в истории того времени осталось еще много «белых пятен».

Роковая 58-я…

Печально известна 58 статья Уголовного кодекса того времени, в которой было 14 пунктов, предусматривающих наказания в виде лишения свободы на срок от шести месяцев до расстрела. Семьи осужденных тоже рассматривались как социально-опасные.

Антидемократической статьей была в законодательстве глава 33, которая определяла сроки следствия по делам террористических организаций, обвинение вручалось в течении суток, помилование не допускалось, приговор по высшей мере наказания приводился в действие немедленно. Такой закон был принят в 1934 году. По Кустанайской области было репрессировано по этим законам около 7 тыс. граждан. Из них к высшей мере наказания – расстрелу было приговорено более 2 тыс. человек.

В 2001 году в Костанайской области была издана «Книга скорби», согласно которой жертвами террора стали 333 человека, родившихся или проживавших и работавших в Кустанае. Это те люди, которых расстреляли по приговору суда. При этом стоит отметить, что подавляющее большинство жертв были расстреляны именно в период массовых репрессий 1937–1938 годов – 320 жителей Кустаная, это 96% от общего числа репрессированных.

При этом причины для ареста и суда были разные. Однако историк Дмитрий Легкий в своей статье, опубликованной в одном из изданий, отмечает, что «обращает на себя определенная закономерность. В начале периода Великого террора арестовывали и приговаривали к высшей мере наказания в первую очередь тех, у кого могли быть родственники за границей: корейцев, евреев, поляков, румын, немцев, эстонцев и т. д. Это были выходцы из Юго-Восточной Европы, Центральной Азии и Дальнего Востока, по самым разным причинам оказавшиеся в казахских степях, все они имели советское гражданство, но подозрений с них это не снимало».

Пострадавшие за веру

Кроме того, в те же кровавые 1937–38 годы массовым репрессиям в области были подвергнуты религиозные деятели. В Костанайском архиве можно найти справку УНКВД по Кустанайской области от 1937 года «О контрреволюционной деятельности членов антисоветской организации церковников в г. Кустанае». В документе запрашивается разрешение на арест двадцати священников, монахинь и мирян, которые, как указано в справке состоят в «антисоветской организации церковников». Санкция на их арест была получена, и уже 28 августа 1937 года начались первые аресты подозреваемых. За 4 месяца в Кустанайской области по делу церковников было арестовано более 80-ти человек. Как показала проверка, проведенная в 80–90-е годы 20-го века, достаточных оснований для их ареста не было. Можно считать, вера в Бога и была тем основанием, за которое были арестованы десятки христиан в Кустанайской области.

Хоронили расстрелянных в братских безымянных могилах. Одно захоронение находится возле городской тюрьмы по ул.Джангильдина на месте домов № 11, № 13 и № 15. В 1937 году на этом месте были ямы для изготовления самана, которые и были приспособлены оперативниками для захоронений.

Самое большое захоронение находится на Наримановском кладбище (северная часть кладбища, прилегающая к земляному валу, территория захоронения размером 10*50 метров). По воспоминаниям очевидцев, расстрелянных было так много, что их просто прикрывали дерном. Заключенных, расстрелянных по тяжким уголовным статьям и политзаключённых здесь хоронили на одной территории, хотя и в разных могилах. Отдельное захоронение политических заключенных находится в Костанайском районе возле поселка Новоселовка (у дороги в 2-х километрах от села). В 90-х годах здесь был найден мужской череп с длинными волосами…

Приют для депортированных

Однако нельзя не вспомнить и о том, что Кустанайская область стала приютом для сотен осужденных на ссылку. Это и советские немцы, которых в августе 1941 года обвинили в пособничестве врагу и массово депортировали из Поволжья, и поляки, из Западной Украины и Западной Белоруссии отправленные в Казахстан в 1939–1941 годах после раздела Польши, карачаевцы, балкарцы, чеченцы и ингуши – они подверглись депортации в 1943–1944 годах. Насильно выселены калмыки, крымские татары, представители стран Балтии, Бессарабии и Северной Буковины – небольшие группы населения из этих регионов, признанные «антисоветскими элементами».

Все они находили вынужденный приют в селах и аулах Кустанайской области. Часть депортированных осела и в областном центре. Их потомки по сей день живут в регионе, делясь рассказами своих старших предков о том, что местное население, несмотря на тяжелейшие условия жизни в годы войны и послевоенной разрухи старались поддержать депортированных и помогали им выживать на незнакомой земле, которая впоследствии для многих из них стала второй родиной.

Айгуль Жумабаева, фото из открытых источников